Кончится лето

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Кончится лето » Прошлое » Конец этого дня | 25.05.2009


Конец этого дня | 25.05.2009

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

http://s7.uploads.ru/RI0Ab.gif
Место действия:
Многоквартирный дом на окраине.
Время и погода:
Около половины девятого вечера, на небе редкие облака и яркий закат.
Участники:
Полина, Лиза и черте что
Завязка:
Две записки, написанные одной рукой. Две незнакомые девочки. И одна зловещая дверь на первом этаже.

0

2

Все приготовления были завершены уже пару дней как, и все это время Полина нетерпеливо изводила себя. Она могла бы покончить со всем этим еще позавчера, но... Не могла бы. У нее не было самого главного компонента ее блестящего плана - Елизаветы Игнатовны шестнадцати лет от роду, из одной с ней параллели.
Той самой, что привезла тварь на своем горбу прямехонько из столицы.

И вот, казалось бы, наступает самый ответственный момент - Полина топчется у той самой двери, а в руках ее записка, написанная корявым пацанским почерком. Вторая такая - у новенькой, чьего появления Поля ожидала уже добрый десяток минут. Придет-не придет - это в сущности даже и не важно, у них с Погореловым на случай неявки была целая россыпь альтернатив, одна забористей другой.
Но вариант с запиской был самый простой в исполнении, и, что важнее, самый безопасный для самой Лизы. И Полина ждала. Терпеливо и сосредоточенно.

В маленькое, тусклое от паутины и грязи окошко на другом конце коридора, сдавленно пробивались лучи закатного солнца, подкрашивая в насыщенно-рыжий стены, дверные ручки пустых квартир, и бычки на подоконнике. Обстановка почти романтичная - самое то, чтобы пить пиво, сосаться в темном углу, или хотя бы дать кому-нибудь в глаз. Полину аж окатило неясной волной ностальгических чувств, хотя она пила пиво всего пару раз в жизни, никогда ни с кем не сосалась, а давать в глаз было занятие почти рутинное.
Не всегда у штук, правда, были глаза, чтобы метить прямо в них. Но ежели таковые оказывались - это задачу серьезно упрощало. Как и у людей, у всяких орган зрения был весьма чувствителен к насильственным действиям.

Полина еще раз проверила часы на телефоне - ждать имело смысл еще минут пятнадцать. Помялась на месте, помяла в руках записку, облокотилась на одну из дверей напротив. Спасибо тому русскому программисту, чье имя Полина даже не пыталась запомнить, за то, что он придумал тетрис.
Но не успела она приблизиться даже к третьему десятку очков, как дверь в подъезд открылась, а вслед за ней раздались шаги. Полина шустро спрятала телефон в карман, вынула записку и приобрела самый серьезный вид - надо было выглядеть так, как будто она только пришла.

Вскоре показалась светловолосая макушка, и вот на лестничной клетке предстала собственной персоной ее невысокая обладательница. Полина опустила записку и перевела на девочку вопросительный взгляд.

+5

3

Интересно. Очень интересно.

Записку Лиска обнаружила почти что случайно. Тот, кто ее подбросил, либо отлично все рассчитал, либо наоборот – был полным дураком. Почту чаще всего доставал отец, когда возвращался с работы, а у Лиски ключа от ящика вообще не было.
Батя не страдал гиперопекой, скорее наоборот: спокойно отпускал ее шататься по городу допоздна, пассивно реагировал на прогулы (хотя, пока у Лизы было свободное посещение – под конец года никто из учителей не хотел разбираться с ее оценками), изредка спрашивал, не познакомилась ли она с кем-нибудь. Но вот мутного вида корявая записка на куске старой, пожелтевшей уже бумаги в почтовом ящике, приглашающая Лиску сгонять в подъезд дома на окраине точно заставила бы Игната Баймуратова запереть дочь в квартире и отпускать ее только в школу и обратно. В своем сопровождении.

Но Лиске повезло. Записка обнаружилась в куче рекламы и газет типа «Спид-Инфо», вываленных отцом на покосившуюся тумбочку в прихожей и оставленных там до лучших времен (например, до шашлыков, которых он ей пообещал еще когда встречал с поезда).
На записку Лиза смотрела добрых минут пятнадцать. Изучала со всех сторон, вглядывалась в почерк – кто-то из новых одноклассников подшутить пытается? – и даже понюхала. Ничего особенного, только сладковатый запах чернил шариковой ручки и пыльный – старой бумаги.

На свой инстинкт самосохранения Лиска пожаловаться не могла, скорее наоборот – обычно она была даже слишком осторожна. Но Город со всей этой своей необычностью осторожность напрочь отбивал. Он был ей знаком и незнаком одновременно, заставлял исследовать себя, сам вел по своим улицам. Вот и сейчас Лиза не выдержала – написала на полях газеты «ушла гулять, вернусь к вечеру» и, прихватив рюкзак, покинула квартиру, почти бесшумно заперев за собой дверь.

Она знала, в какой дом зовет ее автор «письма счастья» – не раз шаталась вокруг да около старой сгорбленной многоэтажки, вот только приближаться побаивалась. Привезенная из Москвы осторожность усердно боролась с «Городской» бесстрашностью. И вторая впервые победила – Лиска сделала решительный шаг в сторону полузаброшенного(?) дома.
Поиски нужного подъезда не заняли много времени – расписанная граффити дверь оказалась перед лизиным лицом спустя пару минут. Она достала из кармана б/у-шную «раскладушку», посмотрела на время и сверилась с запиской. Опоздала на добрых полчаса – слишком поздно нашла записку, слишком долго думала, стоит идти или нет.

Подъезд встретил Лиску темнотой, грязью и запахом сырости. Она чуть не повернула назад, но пересилила себя и сделала шаг вперед – сдаваться в последний момент? Она же не трусиха какая-то!

– Убежать я всегда успею, – пробурчала Лиза себе под нос чуть громче, чем то было нужно, и двинулась вперед по коридору.
Вдалеке показалась фигура – точно девчонки. Облегченно выдохнув, Лиска ускорила шаг.

– Эм-м… – обратилась она к незнакомке, когда наконец добралась до нее по бесконечно длинному коридору, – Привет.
В глаза Лиске сразу бросилась одна очень важная деталь – клочок старой пожелтевшей бумаги в пальцах девушки. Стало немного не по себе.
– Так тебя тоже… ну, разыграли, получается? – Лиза достала свою записку из кармана комбинезона. – У меня такая же есть.

Отредактировано Елизавета Лисовская (2018-09-17 22:31:56)

+5

4

За прошедшую неделю Елисей не единожды пересекался с Полиной. Подумать только, и это после стольких месяцев старательного избегания, как ему тогда казалось, вздорной и назойливой девицы себе на уме. Изменилось всё практически в одночасье, стоило им только поговорить, как это называется, тет-а-тет. Тогда-то и выяснилось, что общего у них гораздо больше, чем казалось, и это при том, что оба они из миров диаметрально противоположных. И в числе этого самого общего - общий враг. Пока незримый, но сильный и коварный враг, само существование которого было угрозой всему Городу.

В этот вечер на улицах Города практически нельзя было наблюдать бомжей. Крайне несущественная деталь, на которую вряд ли кто-то обратит внимание. Но для исполнения их с Полиной дерзкого плана деталь одна из ключевых. Ведь если этим вечером и можно встретить бездомного на улицах Города, он совершенно точно окажется самым настоящим человеком из самых настоящих человеческих плоти и крови. Все остальные - нелюди, чудовища, духи, а проще говоря - местные домовые, ныне зовущие своим Домом весь Город, стоят на страже районного сектора подземных коммуникаций. Объясняя ситуацию своим, Елисей был предельно доходчив. А это значит, что всё решится здесь. Именно сюда, на его территорию придёт та несчастная девочка, что сама не знает о монстре, притаившемся у неё за спиной, пустившем корни в её мыслях, подпитывающемся её переживаниями, мечтами, страхами. И жителями Города. Всё, что необходимо - привести её сюда и напугать достаточно, чтоб тварь сама испугалась и раскрыла себя.

Что ж. Пугать людей, зашедших на заброшенную территорию домового - что может быть веселее? Погорелов буквально горел от нетерпения. Полина, само собой, пришла вовремя, чётко по плану, и оставалось надеяться, что та, другая девочка, тоже решится прийти. Елисей лично писал записку, которую Тредьяковская должна была подбросить в почтовый ящик.

Прошла минута. Пять. Десять. Двадцать. Добрых полчаса. Если она не придёт, есть ещё масса альтернативных вариантов, но ни один из них так не надёжен, как этот. Но она пришла.

- Хе-хе, как там, блин, говорят? Шоу начинается? - Промурлыкал Елик себе под нос, незримо наблюдая за тем, как девочка осторожно идёт по коридору.

Люди боятся разных вещей. Кто-то - крыс, потому, что они наглые, мерзкие и заразные. Кто-то - пчёл и ос, потому, что те громко жужжат и больно кусаются. Многие - собственной смерти по очевидным причинам. Но есть вещи, которых боятся абсолютно все люди. Боятся потому, что эти вещи лежат за гранью их бытового понимания. Всё, что нужно, чтоб выудить этот первобытный страх - обстановка с нарастающим напряжением. И чуть-чуть магии.

Дверь в подъезд резко и с грохотом захлопнулась, стоило девочке договорить. И пусть, прежде чем Полина что-то скажет, ответом ей будет шелест опадающей штукатурки, звучащий подобно неразборчивому шёпоту.

+5

5

Но прежде чем Полина хотя бы открыла рот, чтобы что-то сказать, железная дверь захлопнулась, да так, что громогласное эхо разнеслось по всему подъезду. Она, вроде как, была к таким причудам подготовлена, но все равно чуть не дернулась сама. Погорелов, говнюк бесовской, поди развлекается на полную катушку. Но ничего страшного - когда он в последний раз пытался запугать своими фокусами школьницу, это было полное фиаско.
А потом эта школьница еще и ворвалась в его квартиру и всячески начала причинять дискомфорт, ага.

Полина бросила дежурный взгляд на записку Лизы - разглядывать особо там было нечего, видела уже все. Потом нахмурилась, демонстративно цыкнула, обошла белобрысую, высунулась к двери подъезда и грозно на нее зыркнула.
- Шутники хуевы, блядь, откуда только понавылезали, - негромко ругнулась Полина, - Вот оно, значит, как, а я-то думала, кому меня в гости звать понадобилось.

На лестничной клетке воцарилась тишина. Полина сложила руки на груди, и, переминаясь с ноги на ногу, до крайности грозно смотрела на дверь в квартиру, куда им предлагалось войти. Штукатурка продолжала сыпаться, издавая едва слышные шорохи. Поля поймала себя на том, что, зная о природе всех этих странностей, все равно поддается их с Лизой общему напряжению.

- Меня Полина звать, - представилась она, - И я такие приколы ненавижу.
Договорить она не успела, потому что из под двери, как бы сама собой, медленно и нарочито шумно выползла бумажка. На той же самой старой, пожелтевшей и отсыревшей газетной бумаге не было никаких слов. Только лишь одна корявая улыбающаяся рожица.
- Ну ты только посмотри, а! - нервным шепотом отозвалась Полина.

И тут, проморгавшись, она почувствовала, будто бы на лестничной клетке выключили свет. Окошко на другом конце коридора как будто поглощало большую часть закатных лучей - не было больше рыжих отблесков ни на дверных ручках, ни на стенах, а сигаретные бычки издалека казались измазанными в какой-то густой, смолистой жиже. Полина поморщилась и отвела взгляд - жижа и впрямь выглядела противно.

- Давай-ка валить, - потирая переносицу, предложила Полина. Торопливо сбежав по лестничному пролету, она толкнула тяжелую железную дверь.
И дверь не открылась.

Полина толкнула ее еще раз, и другой, и третий. Реши кто приколоться над ней так всерьез - зубов бы не собрал по асфальту.
- Эй! - она рявкнула на воображаемых шутников за дверью, - А ну пошли вон, гандоны! Я вам за такие приколы знаете что куда натяну? Да знаете вы все, дибилы! А ну сгиньте!
Разумеется, дверь не открылась даже после еще нескольких мощных ударов по ней. Полина подняла мрачный, как предгрозовые тучи, взгляд на Лизу.

- Ну, что делать предлагаешь?

+5

6

Лиска дернулась больше по инерции, нежели от осознания – грохот захлопнувшейся двери отозвался по всему пустынному подъезду громким эхом и поднявшейся пылью. Нос защекотало, Лиза пискляво чихнула, не услышав ругань высокой девчонки.
И только теперь поняла, почему стало так темно.

По хребту пробежались мурашки. Как знала, что надо было дома оставаться! До Лизы запоздало дошло, что ничего хорошего записка не сулила, и подозрительной была абсолютно во всем – от бумаги до содержания.
«Думать надо было, дуреха!» – пронеслось в голове почему-то маминым голосом.

Размеренный шорох штукатурки, на удивление, успокаивал мысли. Какие есть плюсы в этой ситуации? Ну… она не одна. Полина казалась девахой пробивной, даже агрессивной – к счастью, не в лизину сторону.

– Ли… – запнулась она, – Лиска я. Нет мыслей, кто мог это сделать? Я, вроде, не успела еще ни с кем поссориться…

Она дернула головой в ответ на шепот Полины. Валяющийся на полу листок выглядел куда потрепаннее подкинутых (ей ведь тоже подкинули?) им записок и, признаться, нагонял жути. Лиска брезгливо подняла его с грязного пола – обрывок был влажный и будто бы липкий, – всмотрелась в простенький рисунок. Та же рука, точно та же. Американские горки, на которых, казалось, катались лискины нервы, вновь притормозили – стало чуть спокойнее.

– Почерк как у младшеклашки. Хотя, черт их разберешь, мальчики так и в пятнадцать писать могут.
Преодолев неприязнь, Лиска спрятала листок в карман, к записке – улика. Может, хоть в школе потом узнает по почерку, что ж это за мудак такой над ними поиздеваться решил.

Первый удар Полины по подъездной двери заставил ее дернуться. От второго она испугалась уже мозгами – почему не открывается? Третий почти привел в ужас.
Кто бы ни решился на такую шутку – это был уже перебор.

«Окно!» – наконец вспомнила Лиза. В конце коридора было окно, они на первом этаже, вылезти проще простого.
– Окно! – продублировала Лиска уже вслух и почти бегом бросилась по коридору.

Совсем недалеко же, метров пять максимум… или десять?
Конец коридора даже не думал приближаться. Небольшое подъездное окно, все в пыли и царапинах было Лиске отчетливо видно – рукой подать. Но оно словно убегало, смеялось над Лизой и напрочь отказывалось поддаваться упорству бегущей на одном месте Лисовской.
Лиза резко затормозила, чуть не грохнувшись коленями на пыльный асфальт. Тяжело дыша, обернулась проверить, где же ругающаяся на чертовых «шутников» Полина.

Полины не было.

+5

7

Бедная... Лиска же, так она сказала? Елику стало даже как-то жалко девочку, оказавшуюся в его чудесной ловушке. Ей ведь и так приходится наверняка нелегко. Как это у людей бывает? Адаптация на новом месте, всяческие побочные эффекты от таскания за собой потустороннего паразита. А тут ещё и его, Елисея, излюбленные фокусы с хлопающими дверьми и удлиняющимися коридорами. На самом деле, верхушка айсберга тех возможностей напугать человека, что были в арсенале любого относительно опытного домашнего нелюдя. Но всё же нетленная классика. Он бы и рад прекратить это представление, сжалившись над девочкой, но нельзя. Это для её же блага. Для блага всех их.

Полинка, само собой, уже успела скрыться из виду и подготовиться. Елик не без опаски смотрел на дробовик её отца, от огня которого, очевидно, полегло немало разновсяческой нечисти, когда Тредьяковская принесла его в дом, чтоб они вместе спрятали до нужного момента. Сейчас же настала его очередь показать себя с лучшей (хотя, кому как) стороны. Долой жалость и прочие - такие людские - эмоции. Нужно сосредоточиться на деле. Так чего же боятся люди?

Бам-м-м... Где-то наверху раздался гулкий металлический звон, а сразу за ним - угасающий шорох. Будто шаги. И тишина.

Бам-м-м... Звон повторился, когда после первого удара стало настолько тихо, будто тишина была густой и осязаемой. Сейчас, когда снова станет настолько же тихо, девочка услышит шёпот. Такой тихий, едва уловимый, что невозможно ни разобрать слов, ни понять, кому шёпот может принадлежать, ни даже определить, близко он или далеко.

Бам-м-м... Гул раздаётся уже заметно ближе, чем "где-то наверху". В это самой время буквально за стенкой Погорелов тихо крадётся, сжимая в руке обрезок газопроводной трубы, конец которой тихонько царапает стену, разнося по подъезду тихий хруст и скрежет.

Чего же боятся люди больше? Темноты и пустоты, в которой они беззащитны? Присутствия в этой темноте и пустоте кого-то ещё, кто может навредить? Того, что этот кто-то окажется человеком? Того, что этот кто-то окажется не человеком? Люди могут успокаивать себя так называемым рациональным мышлением. Это просто что-то упало. Это просто крыса пробежала. Это просто какой-то алкаш уснул незнамо где и теперь пытается понять, как выйти. Или не просто упало? Или не крыса? А вдруг не алкаш, а маньяк? Людское рациональное мышление - это ловушка. Придумывая себе одно логичное успокоение, человек способен тут же придумать ему десяток не менее логичных опровержений. В сущности, это ведь даже не Погорелов сейчас так бессовестно пугает бедную девочку, оставшуюся в одиночестве в тёмном пустом коридоре заброшенного дома. Страх - это то, что человек делает с собой сам, и, достаточно увлекшись, уже неспособен остановиться. Достаточно только чуть-чуть его подтолкнуть. Или не чуть-чуть, в зависимости от того, что нужно.

Бам-м-м... С силой колотит Елисей обрезком трубы по трубе цельной где-то совсем близко. И гулко хрипит, как не хрипят ни люди, ни звери.

А на потолке, прямо над головой девочки, разрастается чёрное пятно. Или не чёрное, в темноте ведь не разобрать. Кап - капля чего-то густого и липкого падает девочке прямо на кончик носа. Кровь? Масло? Чёрт-знает-что?

А теперь снова классический неразборчивый шёпот. Теперь тоже близко.

Отредактировано Елисей Погорелов (2018-09-18 01:46:57)

+5

8

Окно. Хорошая идея, с окном-то. Полина бесстрастно наблюдала за тем, как Лиза бежит - со стороны это выглядело так, будто она пыталась переставлять ноги в еще не затвердевшем бетоне. Скрываясь за дверью в елисееву квартиру, Поля без особых переживаний подумала о том, что, наверное, ужасно бессердечная. И Лиска осталась в коридоре одна.

Перебирая предусмотрительно заготовленный инвентарь - толстая связка маленьких церковных свечек, несколько штук побольше, пульверизатор с освященной водой (выглядит смешно, зато удивительно эффективен в деле), клубок заговоренной нитки (не одним словом Божием же), а так же остро заточенный свежий осиновый кол на всякий случай (они до сих пор не знали, телесна ли тварь). И, конечно же, прислоненный к стенке, стоял старый добрый батин дробовик, на который Полина посмотрела почти с нежностью.
Лиза пока что не кричала. Молодец, девочка, смелая. Но это только пока.

Елисей, мать его, Погорелов, был хорош. Ничего особенного, классика можно сказать, а легкая дрожь от внезапных поскрипываний то и дело пробирала даже Полину. Она рассовала по карманам всякую мелочевку, зачем-то взяла пульверизатор и, откинувшись на спину, одобрительно улыбнулась.
Ей, в свою очередь, нужно было поймать момент - где-то между тем, как страх станет невыносимым, и Лиска впадет в окончательную панику. Тогда, по их чудесному, почти что гениальному плану, она вернется, схватит бедолажку за руку, затащит в квартиру и успокоит. На время. Погорелов в этот момент передислоцируется, и будет нагнетать уже непосредственно в квартире.

Постукивая ногой в нетерпении, Полина снова ждала. Это должно быть ужасно нелепо - пытаться объяснить внезапное появление в руках обыкновенной бытовой распылялки словами типа: "я нашла это в квартире, прикольно, правда?". Но когда происходящее вышло за рамки здравого смысла, нет нужды и дальше делать вид, что происходящее подчинено его законам. Лиске страшно. Выйди Полина к ней с ружьем, она поверит и в то, что ружье внутри она нашла абсолютно случайно.
Но что-то было не так. Скрежет, издаваемый Погореловым, становился все тише и тише, будто в доме нарастали стены. И пока звуки не превратились в глухой, едва слышный шорох, Полина бесшумно вышла в коридор.

Скрежет стих. Находящаяся в другом конце коридора Лиска на вид была спокойнее, чем следовало бы, и Полина уже начала мысленно ругаться на Погорелова похлеще, чем на воображаемых шутников.
- Эй, - шепотом позвала она свою спутницу и подняла вверх пульверизатор, - Я нашла это в квартире, прикольно, пра...

Она не договорила. Все это время ее не оставляло ощущение того, будто что-то пошло не так. Стерильная, полностью лишенная звуков тишина вокруг, напугала ее больше, чем могли бы все фокусы Погорелова. Она не могла вымолвить ни слова в этом безмолвии - оно давило, сковывало, сложно было даже дышать.

Полина ухватила лискин взгляд - широко раскрытыми глазами та смотрела вверх.
Полина тоже подняла взгляд. У ее прекрасного, почти гениального плана, был один изъян.

Городская тварь была не только умной и шустрой. Она мыслила иначе. По-столичному. До чего ж Погорелов был прав, когда говорил, что они, человеки, сами себя изведут.
Похоже, что тварь волновала не столько сохранность якоря, сколько конкуренция. Может быть, тварь даже и не осознавала, что именно лискино присутствие способно удержать ее здесь - для чудища девочка была сувениром.
Трофеем.
Любимой безделушкой.

Твари было все равно, будет ли Лиске страшно до смерти. Тварь просто не могла позволить местным покушаться на право запугивать ее.

Тварь пришла раньше срока.
Тварь свисала над Полиной, держась за потолок своими белесыми, словно бескостными, обезьяньими конечностями.

Полина едва сдержала крик, а в следующее мгновение тварь сорвалась с потолка, хватая ее одной парой конечностей и стремительно волоча по полу в сторону Лизы. Пульверизатор выскользнул из пальцев и сиротливо откатился к двери квартиры. Прижав свою жертву к полу, тварь часто-часто задышала, разверзла свою вонючую пасть, но остановилась, закрыла уродливый рот, и наклонилась вплотную к Полине.

Тварь принюхалась.

Издав гортанное бульканье, тварь недовольно отшвырнула Полину от себя (та впечаталась лицом в стенку) и, подернувшись неясной пеленой, выпала из фокуса взгляда - кажется, прыгнуло на потолок. Под шорох вентиляционной решетки, Полина приподнялась и смахнула кровь с разбитой губы.
Но вслед за этим пришла крайне неприятная догадка, по сравнению с которой ссадины и ушибы были полнейшей бессмыслицей.

Полина подскочила на ноги.
- Погорелов, вали! - истошно завопила она, хватая Лиску за руку. Резко ломанув к двери квартиры Елисея, Полина успела подхватить с пола укатившийся пульверизатор. Лишь бы до ружья добраться...

Квартира встретила их все тем же замогильным безмолвием. Полина отпустила руку Лиски и сделала нерешительный шаг вперед.
- Погорелов?.. - голос ее прозвучал сдавленно и тихо.

+5

9

Наверху что-то грохнуло.
Американские горки сделали мертвую петлю.

Лиска, вроде бы, никогда не была трусихой – трусиха, в первую очередь, не поперлась бы в заброшку на ночь глядя, выловив максимально подозрительную записку в почтовом ящике. Но бесконечный пустой коридор, как-то слишком резко потемневший, заставил ее, без преувеличений, обосраться от страха.

На всякий случай, Лиска осмотрелась по сторонам. Рядом никого не было. Вдалеке – тоже. Зато были шаги.
– Полина?.. – неуверенно пробормотала она.

Шаги не принадлежали Полине. Они были медленные, шаркающие, словно идущий волочил за собой сломанную ногу. Лиска прижалась спиной к ближайшей стене и зажмурилась.

Грохот, скрипы и какие-то голоса сливались в ее голове в одну бесконечную какофонию. Лиске казалось, что она спит, а все происходящее – только ее ночной кошмар. Вот только она почему-то никак не могла проснуться.

Лиза не заметила, как сползла по стенке на грязный пол и уселась чистеньким комбинезоном прямо в полувековую, наверное, пыль. Дрожащими руками она нащупала в кармане телефон. Долго мучалась с «раскладушкой» – ноготь на большом пальце надломился от нескольких неудачных попыток. Наконец, вгляделась в небольшой экранчик.

Сети не было.
Не стоило даже надеяться.

Экран телефона внезапно загорелся темно-багровым, заставив Лиску, и без того трясущуюся как дурацкая собака в папиной машине, дернуться. Вязкая жидкость, каплей упавшая на него, медленно потекла вниз, словно гипнотизируя Лизу, мешая понять, чем на самом деле является.

«Не смотри вверх, не смотри вверх, не смотри…»

Вторая капля упала Лиске прямо на нос, и она не выдержала – подняла голову. И замерла. Воздух словно перекрыли. И звуки. Все вокруг погрузилось в вакуум, застыло. Лискино тело словно свинцом налилось. Она медленно перевела взгляд на вдруг появившуюся Полину.
Оно, казалось, двигалось совсем медленно – спрыгнуло с мерзким шлепком на пол, обошло Полину кругом, принюхалось. Лиска сжала в руке телефон, готовая бросить его прямо в монстра, но у нее не получилось даже пошевелиться.

А потом она услышала глухой стук – словно мешок об стенку грохнули, – и тварь снова исчезла из вида.

Слабое лискино запястье отозвалось ноющей болью, когда Полина (так мешком была она?) дернула ее за собой. Лиза даже подняться не успела – поползла за девчонкой прямо на коленках. Ногу словно резануло, но у Лиски даже пикнуть не вышло из-за пересохшего горла.

Когда они ввалились – буквально – в квартиру, перед которой стояли с пять минут назад, Лиска выдохнула. Тварь куда-то свалила, и, кажется, теперь они оказались в относительной безопасности. И только теперь до Лиски дошло, почему колено так ныло – она словила кусок стекла, пока волочилась ногами по полу заброшки.

– Ай, черт… – кровь потекла сильнее, как только Лиска удалила осколок из ранки. – Больно... Погорелов? Что за Погорелов?

Отредактировано Елизавета Лисовская (2018-09-19 23:30:49)

+5

10

А что же Погорелов? Погорелов тем временем сделал ещё несколько шагов вдоль стены, размышляя, чего бы ещё выкинуть эдакого для полной гарантии успеха, а потом внезапно выскочить из-за угла с обрезком трубы наперевес. Разумеется, не на девочку, а на ту тварь, что как раз к этому моменту должна будет себя показать. По крайней мере, согласно плану, в этот самый момент они с Тредьяковской должны были, прикрывая друг дружку, загнать монстра в подвал, а дальше, в зависимости от ситуации, вдарить по нему тем, что максимально эффективно решило бы проблему раз и навсегда. Ему и самому не терпелось взглянуть наконец на виновника всего этого торжества.

Однако, Елисей так увлёкся издаванием звуков и своими размышлениями о дальнейших действиях, что слишком поздно спохватился о подозрительно неуместных звуках какого-то копошения и глухих ударов. В плане такого быть не могло от слова никак. Что-то тут не сходится...
Внезапный крик Тредьяковской на мгновение вогнал его в ступор, но ударивший следом в ноздри запредельно омерзительный запах чего-то похожего на какое-то неправильное машинное масло, дополнил картину. Пахло не только противоестественно. Пахло нечеловеческой яростью. Оно на полной скорости неслось в его сторону. Долго уговаривать Елисея было не нужно. Он со всех ног, почти что отскакивая от стен, рванул с лестничной клетки в тот самый коридор, который ещё несколько минут назад удлинял для бедной Лизы. Когда всё это закончится, надо будет как-нибудь отдельно поблагодарить Полину, своим своевременным сигналом она подарила ему спасительные доли секунды.

Он успел вовремя развернуться на месте и парировать атаку со спины, размашисто вдарив твари по яйцеобразной голове трубой и отпрыгнув назад, поближе к заветной двери своей квартиры.
- Охереть, ты ещё уродливее, чем я представлял! - Присвистнул Погорелов, оглядывая нечто. Конечно, как почти всегда и бывает, оно лишь отдалённо, общими формами напоминало человека: две "руки", две "ноги", голова. По факту же оно было раза в два крупнее самого Елика, извивающееся, гнущееся, кажется, в любую сторону, и полное злобы.

Долго себя ждать оно не заставило, отпружинив от стены к потолку, а с потолка - на Елисея. Последнему не хватило прыти вовремя отскочить, а только выставить обрезок трубы перед собой в попытке заблокировать удар, однако тварь таки оставила домовёнку довольно глубокую вертикальную царапину от виска до шеи и продолжала наседать.
- Ух!..
Оно было сильно. Чисто физически - определённо сильнее Погорелова. Но и он был парень не промах, и там, где нельзя было взять силой, он действовал трюками. Рванув в бок и уклоняясь, он снова отскочил, почти повторяя манёвр твари с прыжком через потолок. Не срослось. Перед самым приземлением он пропустил удар и был отправлен в полёт дальше от своей двери, бревном прокатившись по полу.
- Хочешь знать, почему газовая?.. - Прохрипел Елик, приподнимаясь на локтях и отплёвываясь. - А вот почему! - Он с силой дунул в один конец, выпуская мощную струю пламени в монстра, что подобрался почти вплотную. Неизвестно, ранил ли чудовище огонь или только отпугнул, но то резко попятилось назад, конвульсивно дёргаясь и издавая отвратительные булькающие визги. Настала очередь Елисея теснить врага. И он пошёл на него, набирая темп, вращая полыхающим обрезком трубы будто чугунным факелом. Волосы его были взъерошены донельзя, зубы оскалены, глаза сверкали в тон огню, лицо перепачкано кровью и грязью. В таком виде он и сам вполне походил на то, от чего людей стоит защищать.
- Я понял, что ты такое - рыкнул он на тварь, нанося удар. - Ты не просто ешь людей. Ты гораздо хуже. Ты похож на них! - медленно, но громко и чётко рычал он сквозь зубы нанося удар за ударом, тесня тварь к двери. - Если бы ты просто их ел, я бы ещё понял! Но ты играешь! Замочу, гад!.. Полина, будь готова! - С этими словами он повелел двери распахнуться и кинулся на тварь. Огонь из трубы он погасил, и вдвоём с монстром они кубарем ввалились в коридор, в комнату Елисея, а следом и в подвал.

Отредактировано Елисей Погорелов (2018-09-20 00:55:45)

+5

11

Грохот раздался за ее спиной, там, откуда они с Лиской только что ретировались, и Полина осторожно высунулась за дверь. Погорелов был цел, и  она облеченно вздохнула. Но расслабляться было рано - тварь была здесь, и, судя по виду, ничего хорошего от нее ждать не приходилось.

От твари несло тошнотворным амбре - смесью машинного масла, залежавшегося мяса и ненавистью. Тупой, пульсирующей, бесцельной и животной, какой она не встречала раньше и вряд ли встретит потом. Полина яростно стиснула зубы - какую бы погань в Город не принесло, она должна положить ей конец. Елисей не мог проебаться сейчас - он обещал ей, что они вместе отправят тварь в небытие, туда, где ей самое место.
Полина впервые позволила кому-то, кроме отца, сопровождать себя в охоте на тварей. Никто не посмеет сделать так, что это решение обернется для нее разочарованием.
Никто.

- Погорелов - это он, - Полина обернулась на Лиску, кивнула в сторону дверного проема, и мрачно хмыкнула, - Он, типа, наш.
В этот самый момент удар твари пришелся прямо по Елисею и с размаху отправил того в стенку. Полина поморщилась - вот, значит, как они между собой отношения выясняют. Кто-то вроде нее от такого преставился бы прямо на месте.

Но Погорелов поднялся, и Полина отчего-то вцепилась в дверной косяк так, что от застарелой деревяшки отлетело несколько щепок. Он был... другой. Не дурачок, свешивающийся с потолка, не приведение, бряцающее цепями за стеной. Сейчас перед ней был монстр - самое настоящее чудовище, воплощенное в теле простого десятиклассника. Полыхающая труба без устали колотила ревущую тварь, а Полина... Полина стояла как вкопанная, словно позабыв о том, что это вообще-то опасно.
Черт, да ни один мужчина в ее жизни не был так привлекателен, как слетевший с катушек Погорелов!

Но от двери она отскочила с практически идеальным таймингом. Только и успела, что прижать Лиску к стене, прикрыв собой, как в коридор с грохотом влетела сражающаяся куча-мала из Елисея и чудища. Последнее когтями задело полинино плечо - та только зашипела от резкой боли. Грохот раздался в комнате, потом упал вниз, а потом стих.

Полина отстранилась и уже потянулась к своему ружью, но вдруг остановилась. Она встретилась взглядом с Лиской, и дикий боевой запал как-то стих сам собой. Все-таки, совсем уж бессердечной тварью она никогда не была.

- Я... - начинать говорить после всего этого было очень странно. Собственный охрипший голос показался Полине каким-то неправильным, она прокашлялась и попыталась начать заново, - Я... Прости. Это... Это долго объяснять, а у нас... у меня... Нет времени... Это...

Полина сделала глубокий вдох, приводя чувства и мысли в порядок. Она положила руки на плечи совершенно ошалелой девочки и со всей возможной серьезностью взглянула в ее глаза.
Не знаешь, что говорить - говори правду.

- Послушай... Все, что было до появления этой... твари - подстава. Если... Если ты злишься, то дослушай сначала, а потом злись, - голос ее все еще прерывался сбивчивым дыханием, - Эта штука... Она опаснее, чем тебе кажется. От нее за месяц пятеро полегли - трое насовсем, а двое головой тронулись... Короче... Она приехала за тобой. Из Москвы. Это не шутки - ты видела, как она мне двинула... Да и ему тоже.

В паузах между словами Полина нервно покусывала разбитую губу. Все эти речи не были ее коньком, но и просто потащить Лиску за собой она не могла - произошедшее эти вечером нуждалось для нее хоть в каких-нибудь объяснениях.
Полина попыталась отдышаться и убрала руки с плеч девочки.

- В общем, нам нужна твоя помощь. Попросить напрямую не могли - там долгая история... Пугать тоже пришлось - с меня причитается, угощу чем-нибудь. Тебе тварь угрожает меньше всех - тоже долгая история, - Полина морщилась и терла переносицу, всеми силами подбирая правильные слова, - Теоретически... Теоретически, мы можем справиться и сами. Без тебя. Но это чревато - хер знает чем, но чревато... Пойдешь с нами - и я все тебе объясню. Не пойдешь - зуб даю, все нормально будет, но объяснять ничего не стану. Короче, решай сама, времени мало.

Еще некоторое время Полина мрачно смотрела на свою спутницу, окончательно приводя дыхание в порядок. А потом резко сорвалась, подхватила ружье и застыла в комнате у дыры в полу.
- Лис... Пожалуйста... - голос ее вдруг зазвучал почти отчаянно, - Решишь идти за нами - не боись, не расшибешься, там все сделано... Не пойдешь если... Всего тебе хорошего. Ну...

И как-то неопределенно обведя комнату взглядом, Полина бесстрашно сиганула прямо в казавшуюся бездонной дыру в полу.

+5

12

Лиску чуть не вырвало, когда что-то пролетело в паре сантиметров от них с Полиной (кажется, ей она была теперь по гроб жизни обязана) и с грохотом исчезло, будто его и не было. Лиза тяжело выдохнула – еще немного, и от этой стены она бы уже никогда не отлипла.

Понять происходящее она уже даже не пыталась.

Бесконечный коридор, густая кровь, капающая с потолка, шорохи и голоса в коридоре больше не казались ей чем-то странным. Две твари (тварью в полном смысле слова являлась только одна) – вот чего она объяснить себе точно не могла.

– Полин… – почти жалобно пробормотала она, – давай валить. Хоть как-то, пока оно не вернулось! – Лиска сделала паузу и почему-то добавила. – Меня батя прибьет…

Полина в ответ потянулась к ружью. Лиска задержала дыхание и сделала осторожный шаг назад.
События минувших десяти минут никак не укладывались в ее голове. Это что же, она тут… умрет? Нет, конечно, еще совсем недавно она думала о том, что сдохнет от скуки в этом богом забытом захолустье, но не взаправду ведь.

Поверить в нечисть, как показала практика, совсем несложно. Сложнее – осознать.

Подставой была записка и захлопнувшаяся дверь или нет – Лиске было все равно. Каким бы мудацким не был поступок Полины и этого Погорелова, больше вокруг не было ни души. И раз здесь водятся такие штуки… кто гарантирует, что вокруг нет еще?

Лиска коротко кивнула Полине. Ох, пожалеет же она об этом. Уже раз десять пожалела. Но оставаться одной почему-то было страшнее, чем идти в погоню за тварью в компании малознакомой девчонки и ее потустороннего товарища.

– Не знаю, чем я могу вам помочь, – честно призналась Лиска, – я даже не убегу, если нужно будет. Но… – она замялась, – ладно.
Она перевела взгляд на дыру в полу. В общей темноте помещения провал казался совсем бездонным. В (не самую) здравую лискину голову вновь закралась мысль свинтить, пока не стало совсем поздно, но природное баранье упорство вновь взяло над ней верх.

– Перед батей меня… – не успела она договорить, как Полина храбро сиганула прямо в центр провала, – отмажешь?..

Лиска вздохнула, зажмурилась и тоже сделала шаг в темноту.

Отредактировано Елизавета Лисовская (2018-09-22 03:26:57)

+5

13

Сырую затхлую тень подвала озаряли вспышки пламени. Запах палёной гнилой древесины разбавлял собой ароматы плесневелой сырости. Они сражались. Погорелов без устали колотил тварь вновь воспламенившейся трубой, прыгал по стенам, катался по полу. Кажется, он порядочно вошёл в раж, уже не сильно заботясь о том, чтоб блокировать выпады монстра. Кенгуруха его окрасилась внушительных размеров кровавыми пятнами вперемешку с грязной водой. Продолжалось это, впрочем, совсем недолго. Тварь, кажется, успела осознать произошедшую передислокацию чуть раньше Елисея. Они отдалились не слишком далеко вглубь подвала, когда та со злорадным воем отскочила в тень неожиданно далеко от домовёнка и умчалась прочь. Погорелов хотел, было, ринуться в погоню, но вовремя вспомнил, что монстр всё равно не уйдёт далеко. Уж если перед старшаками стояла задача что-то удержать, то в этом им не было равных. Всего-то и нужно, что немного передвинуть кирпичные и бетонные блоки, на время буквально выращивая стены там, где их прежде не было. А значит, в какую бы сторону этого чёрного сырого лабиринта не метнулась бы озверевшая тварь, в конце пути её ждал бы непробиваемый тупик. Конечно, когда она это поймёт, то ужасно разозлится...

Елисей, прихрамывая, освещал себе дорогу не столько даже трубой-факелом, сколько собственными глазами. Только сейчас он почувствовал, насколько выбился из сил и как неосмотрительно вёл себя в этом сражении. Возможно, не реши тварь сбежать, она бы с лёгкостью его добила. Благо, её замешательство подарило ему хоть какую-то передышку. Срочно требовалось восстановить силы.

- О... Привет, Поль... - Вяло пробормотал он, тяжело дыша, встречая девушку. Она, с ружьём наперевес, кажется, спрыгнула в подвал перед самым его возвращением. - И тебе привет... Лиска, ага?.. - Вторая девушка, несчастная жертва монстра и его, Елика, сегодняшнего представления с совершенно ошалелыми глазами плюхнулась на заготовленный снизу матрас прямо следом за Тредьяковской. - Елисей... Будем. И, это... Это я шуршал-гремел... Прости за это. Так надо...

Затем Елик подковылял к холодной водопроводной трубе и, не долго думая, одним рывком просто снял вентиль, подставляя окровавленную, перепачканную голову под хлынувшую струю. А потом припал к отверстию ртом и стал жадно пить. Как там было в сказках? Двенадцать вёдер воды, чтоб вернуть былую силу? Ну, на все двенадцать вёдер он жильцов дома обирать, может, и не стал, но выпил порядочно, насадив вентиль на место. Перекинув огонь с обрезка трубы в стоящую поблизости бочку, освещая пространство, он плюхнулся на матрас возле девочек.

- Передышка, девчат... Этому уроду потребуется время, прежде чем он поймёт, что все выходы перекрыты. А когда поймёт - вернётся сюда злее прежнего. Ой-ой-ой, потрепал он меня, конечно... Но это хуйня, заживёт.

Он посмотрел на Полину.
- Поль, чтоб его насовсем убрать, надо как-то разорвать его связь с ней - он перевёл взгляд на Лизу - а потом хоть огнём, хоть молитвой... Лучше, конечно, и тем, и тем. Ух, разозлил он меня...

Отредактировано Елисей Погорелов (2018-09-22 15:40:45)

+5

14

Эхо от ее падения стихло так же быстро, как разлетелось по подвальной сырой тишине. Полина поспешно сдвинулась, и рядом с ней на матрас плюхнулась Лиска.
- О, решилась таки? - вопрос был риторический, но уголок губ Полины вскинулся в одобрительной ухмылке. Молодец, девочка, смелая. Ей такие нравятся.

Погорелов же явно был не в лучшей своей форме. Прихрамывающий, окровавленный и мокрый, он совсем не был похож на то, чем был в коридоре лестничного пролета. Но даже на такого, побитого и обессилевшего, Полинка смотрела уже как-то иначе, хотя не могла сформулировать как.
- О, живой, - она встретила его вполне благодушным видом, - Неплохо ты его так.
Сказала, и улыбнулась. Ровно, задорно и вполне дружелюбно.
Но быстро перестала, вернувшись к былой мрачной сосредоточенности.

Погорелов приходил в себя - нахлебался воды и плюхнулся рядом. Втроем им пришлось немного потесниться, но в сыром-то подвале это было даже к лучшему, тем более что и Елисей на поверку оказался горячим парнем в самом буквальном смысле слова - даже после всех совершенных им водных процедур, по температуре он напоминал печку. Большой его плюс - не каждая нечисть может похвастаться такими свойствами, обычно-то они все как рыбины холодные.
- Ну-ка... - Полина бесцеремонно схватила его за лицо, повертела, посмотрела, недовольно цыкнула и кивнула, - Ну, ладно, могло быть и хуже.

И только сейчас, присев отдохнуть, она поняла, как саднило плечо и половину лица, которой ее приложили об стенку. Кофта была безнадежно подрана и залита кровью (а со спины-то поди и вообще), за это от тетки точно влетит. Хотелось просто посидеть и помолчать, отдышаться, но хрен там - тварь была шустрая и времени на то, чтобы потыкаться во все перекрытые ходы, уйдет у нее не то чтобы много. Как быстро она придет в себя и подлатает ожоги - тоже хрен поймет, но навскидку, на все дела у них было минут сорок. И это с той передышкой, которую они взяли. А еще ведь надо примерно обрисовать ситуацию Лиске...
Хреново. Полина достала сигарету и несколько раз щелкнула зажигалкой, прежде чем та загорелась - сказывалась местная сырость.
- Оборвать, говоришь? - Полина затянулась, - Да хоть сейчас, говно вопрос-то. Только я предлагаю пока ничего не трогать и лишнего внимания к себе не привлекать.

Из кармана Полина извлекла моток ниток с множеством узелков, а из сумки - большую церковную свечу. Все это богатство она вручила своей спутнице.
- Короче, слушай внимательно. Если вкратце, то эта хрень, она, типа, к тебе привязана. Как цветок в горшке, понимаешь? Так что как еду тебя она не воспринимает, но рано или поздно высосет начисто. Жрать тебя как нас ей просто нет смысла. Но это работает в обе стороны. Короче говоря, ты, если прислушаешься, можешь почувствовать примерно, где она есть. Елик тут все ходы-переходы знает как дом родной, ну а я... - Полина хмыкнула и шевельнула рукой со своей волыной, - Ну а я с ружьем.

Стряхивая пепел, она неловко пошевелила раненой рукой и поморщилась, чертыхнувшись. Но тут же продолжила как ни в чем не бывало.

- Нитку привяжешь где-нибудь тут - это страховка, тебе в первую очередь, если где-то потеряешься. Она заговоренная, так что не кончится, не боись. Свечу зажгу, когда пойдем, посматривай время от времени на то, как она горит. Если чего не так, сразу мне говори, поняла?

Докурив, Полина растоптала сигарету ногой и нехотя поднялась - ей богу, ее б воля, и она легла бы на этом матрасе. Но не лежать она сюда пришла, не лежать...

- Ладно, подрывайтесь. Если есть какие-то вопросы, - это было адресовано в первую очередь Лиске, - Задавайте по пути. С папкой твоим мы как-нибудь дела уладим.

Постояв и почесав затылок, Полина так же добавила.

- Елик, кстати, в твоем доме... вроде коменданта. Так что если какие гандоны спать мешать будут, или посреди ночи сладкого захочется, можешь с него спрашивать, - Полина тихонько хихикнула, - После сегодняшнего так уж точно.

+5

15

Прыгать в дыру «солдатиком» было явно не лучшей идеей – окажись провал поглубже и без любезно подложенного на пол матраса, Лиска бы ноги все переломала. А так только пружины жалобно скрипнули под ногами, и все.

Она осмотрелась. Привыкшие к темноте глаза различили каменные стены (кое-где покрытые мхом и плесенью), некоторое количество мусора и потрепанную Полину. Лиска коротко кивнула в ответ на ее реплику, неуверенно покосилась на отсыревший грязный матрас и, подумав немного, все же уселась рядом.

– И что дальше? – решилась спросить она, но ответа не дождалась.

Из черноты одного из коридоров вырулил… Погорелов, наверное?

Их разговор она слушала вполуха. Вдох-выдох, вдох-выдох. Ситуацию перед ней обрисовали только в общих чертах, но очевидно было и так – в таком состоянии проку от и без того бесполезной Лиски будет еще меньше. Удивительно, но присутствие Полины и Елисея под боком действовало на нее… успокаивающе? Впервые после переезда она проводила время с ровесниками. Пусть даже и в таких… необычных условиях. Легкий запах мятных сигарет (спасибо, что не отцовский «Беломорканал»), капающая откуда-то с потолка вода и скрипучие пружины под задницей каким-то магическим образом привели ее мысли в полный порядок.

Лискина бровь чуть приподнялась, когда Полина всучила ей какое-то непонятное барахло. Если раньше все было похоже на ночной кошмар, то теперь происходящее превратилось в шоу с «Рен-ТВ». Такие себе «Охотники за привидениями» в уральской глуши. Ощущение только усилилось, когда ей начали объяснять происходящее.

Медлить Лиска не стала – как только Полина договорила, крепко повязала веревку вокруг ближайшей трубы. Что там дальше? Прислушаться, так?

Лиза крепко зажмурила глаза и прижала моток веревки к груди. В голове образовалась пустота.

«Что делать-то?..»

Переборов страх, она представила тварь. Во всех подробностях: длинные конечности, белая, как известь, кожа, безглазое лицо с огромной пастью. По голым ногам пробежались мурашки. В затхлом подвале откуда-то потянуло холодным воздухом.

Лиска, намертво вцепившись пальцами в веревку, попыталась сосредоточиться. Нужно было понять, откуда дует этот ветерок, но он словно ускользал. То менял направление, то исчезал. От сильного порыва ослабевал до еле заметного дуновения и наоборот. В лискиной голове появилась слабая ноющая боль, но она изо всех сил старалась держать концентрацию.

И вдруг, она ощутила.

– Полин, – почти шепотом, стараясь не спугнуть ощущение, проговорила она, – зажигай свечку.

И сделала несколько шагов в сторону дальнего коридора. Веревка в руках размоталась словно сама собой и слегка натянулась, когда Лиза отдалилась от трубы. Знание стало ярче. Вместе с ним усилилось и ощущение тревоги. Не лискино. Тревога – а вместе с ней и кипящая ярость – принадлежала ему.

Оно боится. Боится их. Как паук, которого отец утром прихлопнул тапком.

Лиска открыла глаза и уверенно зашагала по темному сырому коридору. Чем быстрее они с этим разберутся, тем лучше.

+4

16

Надо сказать, прикосновение к лицу в известной мере заботливых девичьих рук заметно придавало сил и мотивировало на новые героические свершения. То ли от того, что Елисей, как-никак, был, как и всякое порождение сверхъестественных сил, немножко дикий и от того податливый зову инстинктов. То ли от того, что руки человеческих женщин сами по себе от природы обладают такой силой, перед которой трепещут мужи всех живых и неживых видов. Так или иначе, спустя пару минут подготовки, Погорелов обнаружил себя заметно взбодрившимся. Тело больше не ломило, раны не ныли, ушыбы как рукой сняло. Разумеется, когда всё закончится, и можно будет впасть в бессрочный сон, в момент пробуждения настанет сущий пиздец, но и он за день заживёт на чудодейственном отпивании чаем и целебной силе лени. А сейчас не до того. Сейчас надо двигаться вглубь тоннеля и смотреть в оба. Тварь хоть и озверела от злости, но по природе своей всё ещё оставалась хитроумной и коварной. Наверняка оно уже давно догадалось, что это всё была подстроенная ловушка, и за ним идут, а значит вполне могло решить поиграть напоследок в охоту на охотников.
Елик запалил трубу и старался держаться чуть впереди всех, постоянно всматриваясь в полумрак окружения своими глазами-угольками и сосредоточенно принюхиваясь.

- Смотрите по сторонам и не забывайте про потолок, ага? Напасть откуда не ждём - вполне в его стиле, ага? - пробубнил он монотонным полушёпотом. Конечно, подвал в любом случае звуки несколько глушил, а потом так рассеивал, что становилось неясно, откуда именно они исходят, но всегда разумно сводить к минимуму любые риски. На самом деле Елик понимал, что Полина, вероятно, и сама соображает, куда и как смотреть, а Лиска вообще впервые в такой нестандартной ситуации, да ещё должна сосредоточиться на связи с тварью и не потянет всего сразу. Так же он понимал, что Полина это понимает. А значит просто они вдвоём будут наблюдать за обстановкой за всех троих.

Пахло, тем временем, гадостно. И речь вовсе не о привычных и родных подвальных сортах плесени, крысиных гнёздах, канализации, нет. Та самая вонь лежалого мяса с грязным машинным маслом, чуть-чуть бензина и горелых покрышек. И магия. О да, ощутимо пахнуло очень нездоровой, тревожной и хаотичной магией. Этого следовало ожидать. Чудище было достаточно умно, чтоб иметь в своём арсенале не только ловкое тело и повадки хищника, но и фокусы.

- Стой-раз-два... - скомандовал он, жестом демонстрируя тот же посыл. На него вдруг снизошло не самое приятное озарение.
- Девчата, вы же понимаете, что оно не только сильное и круто в прятки играет, но и наворожить какое-нибудь западло вполне способно? И этот подвал наверняка изучить успело не хуже моего. Короче, сосредоточимся друг на друге и стоять будем плотнее. Эта срань будет пытаться вам голову морочить. Лиска вот сегодня должна была заметить, как это работает. Так что если в глаза будет будто специально бросаться что-то, к чему захотите приглядеться - не ведитесь. Иначе перестанете отличать страшилку от реальности.

За свою голову Погорелов особенно не волновался. Твари редко прибегали к подчинению сознания и воли друг друга. Так самые сильные подавляли самых слабых в старые времена, а сейчас и времена были другие, и тварь была не такая сильная, и домовёнок не такой слабый. Другое дело, что по средним данным тварь всё равно выходила посильнее его, и окажись она достаточно ловка в чарах, один на один с ней Елику не справиться. А если девчонки вдруг будут выведены из строя галлюцинациями, именно один на один с тварью он и останется. Чтож, ясное дело, надо быть готовым ко всему и выложиться по максимуму.

+2

17

Полина едва успела чиркнуть зажигалкой, как Лиска двинулась вперед. Достойное уважения рвение - Полина ухмыльнулась, поудобнее перехватывая ружье в руке. С ним всегда было спокойнее - не потому что это, мать его, ружье, а потому что оно было... все равно что идти с батей за руку. Каждая щербинка под пальцами была знакомой и родной, а когда Полина стреляла, она готова поклясться, воздух на миг заполнялся тем самым запахом папкиных сигарет, который она помнила так, словно в последний раз унюхивала его утром на кухне.
Это было не самое подходящее время для сантиментов, но Полине всегда было несравнимо легче от мнимого ощущения отцовского присутствия.

Но сегодня бате придется посторониться. Сегодня, впервые и, возможно, в последний раз, Полина идет грохнуть тварь не одна.

Надо было признать, что даже спутники ей попались не самые бесполезные. Если с Погореловым и так все было понятно, то Лиска определенно брала свое умением слушать советы в нестандартных ситуациях и отсутствием ссыкливости. А Полина-то всю жизнь думала, эта их Москва способна взрастить только трусов да крыс.
Ну и еще всяких мерзких и ненасытных тварей, конечно же.

Шедший чуть впереди Погорелов дал знак остановиться, и Полина тут же застыла на месте, не ослабляя хватки на ружье. Дежурная остановочка в начале пути, ничего особенного, но Полина учуяла слабый-слабый запах. Он был разлит в воздухе неприятным послевкусием - масляным, резким, режущим горло. Погорелов, должно быть, чуял его сейчас гораздо сильнее.  Все-таки, эволюция не зря собрала человеков ровно такими, какими они были - чуять следы твари в полную силу Полина точно бы не хотела.
- Меня-то чего учишь, - Полина хмыкнула будто бы с вызовом, хотя слова эти были адресованы все же скорее Лиске.

Плечо и губу уже как будто бы и не саднило, а вот сердце стучало так, будто Полина хорошенько так побегала. Неуместное волнение - и совсем смешно, что волновала ее отнюдь не перспектива столкновения с чудовищем, а наличие двух спутников. Дурь, да и только...

Полина постояла еще немного, словно бы раздумывая, но на деле отгоняя это незваное чувство. И все-таки, кое-что в голову ей пришло.
- Запах, - Полина вскинула бровь, как будто сама своим выводам удивляясь, - Бля буду, ее фокусы люто воняют. Чувствуете же? Погорелов? Ты ж точно это чуешь!
Полина принюхалась к тонюсенькому слою подвальных запахов и поморщилась. Если пытаться уловить его и "распробовать", то в нем за внешней резкостью неожиданно появлялись какие-то неприятные прелые мясные нотки.

- Думаю, что когда пахнет так, - Полина подняла в верх указательный палец, словно пытаясь показать на окружающий их воздух, - То все нормально. А когда оно же начнет вонять как там, наверху, - Полина кивнула в сторону их спуска, - То пиздец.

И, после недолгой паузы, добавила:
- Но это не точно. Только гипотеза. В смысле, это вообще свойственно таким штукам. Но хрен знает, во что они в этой вашей Москве мутировали, - Полина кисло улыбнулась, - Ну, двигаем дальше?

+2

18

Лиза медленно шла вперед, послушно осматривая пол, стены и потолок затхлого коридора. Даже умудрялась следить за пламенем свечки, которую крепко держала обеими руками. Пока что все было нормально. Вроде бы.

Лиске казалось, будто ее ведут под конвоем. С одной стороны Погорелов, с другой Полина. Еще и с ружьем. А она здесь – преступница. Осужденная за то, что притащила на себе из Москвы (правда, она все еще не понимала, как) какую-то потустороннюю тварь.

Обычно Лиска над своими неправильными (по мнению мамы или знакомых) действиями и решениями подолгу думала. Обсасывала каждый момент, который мог казаться ей верным, но спорным для других, размышляла о том, что сделала не так, и как стоило бы поступить. Помогало разобраться в себе, подстроиться под ожидания окружающих и стать (казаться) лучше, чем прежде.

Здесь, сколько бы она ни старалась, так не получалось. Потому что где именно она поступила не так, Лиска не понимала.

В то же время, она себя за это не осуждала. Где-то под ребрами ее тихонько точило чувство вины, это да (скольким тварь уже успела нагадить, да еще и Полину с Елисеем в это все втянула), но, если рассуждать трезво, Лиска сама об этой твари только сегодня узнала.
И о тварях вообще.

К слову о «нагадить» – откуда-то мерзко потянуло. Лиза принюхалась, осмотрелась повнимательнее и поняла – чувствует противный запах не она одна. Ей на мгновение стало жалко Погорелова: почему-то подумалось, что у него обоняние развито получше их с полининым.

– Это плохой знак, да?.. – уточнила она на всякий случай и прикрыла дернувшееся пламя свечи рукой.

Ответы спутников ничуть не прибавили ей уверенности. Где-то внутри дернулось очередное «да вали ты уже отсюда пока не поздно!», но Лиска зажмурилась и мотнула головой, отгоняя низкие трусливые мысли. Конвой вокруг сжал кольцо и внезапно обратился в охрану. От пламени свечи и исходящего от Елика с Полей тепла стало спокойнее.

Коридор впереди них постепенно начал спускаться вниз, пока полностью не превратился в лестницу. Даже камни, которыми были выложены стены, потолок, да и все остальное, в принципе, стали казаться старше. По крайней мере, они точно не были кирпичами типовой старенькой многоэтажки. К счастью, сомнения из головы Лиски уже совсем выветрились – да и бежать обратно уже стало поздно, так что она продолжила относительно смело шагать вперед.

Пока Лиска осматривала пол, обратила внимание на то, что они втроем идут нога в ногу. На губах непроизвольно появилась улыбка.

И почти сразу исчезла.

Вонь становилась сильнее.

Отредактировано Елизавета Лисовская (2018-10-28 03:04:26)

+2


Вы здесь » Кончится лето » Прошлое » Конец этого дня | 25.05.2009


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC